Теория и методы - дополнительные материалы

или Обратный билет для Хайдеггера 

Перипетии романа психотерапии с философским экзистенциализмом[1] весьма запутанны. Известно, что Хайдеггер выражал неудовольствие по поводу того, как поняли его современные психоаналитики и психиатры.[2] Из трех более поздних школ так называемой экзистенциальной психотерапии одна (Бьюдженталь) оказалась не вполне экзистенциальной, скорее — общегуманистической, другая (В.Франкл) оказалась не вполне терапией, скорее — идеологией. Третья (гештальттерапия Ф.Перлза), будучи практически подлинной экзистенциальной психотерапией, почти развившейся в психотехнику, не успела обзавестись адекватным теоретическим самосознанием как раз в экзистенциальном аспекте. Еще одна психотерапевтическая школа, имеющая, по нашему мнению, значительный экзистенциально-психотехнический потенциал, — трансакционный анализ Э.Берна, — в своем самосознании вообще не обращалась к какой бы то ни было философии.

Таким образом, если развернувшаяся на гребне Human Potential Movement гуманистическая психология и психотерапия представляет собой некоторое вполне определенное идеолого-теоретико-методическое единство, то идея экзистенциальной психотерапии и психотехники оказалась недостаточно проработанной, а позже, когда гуманистическое движение в американской психологии выродилось, с одной стороны, в технологии типа НЛП, с другой — в престижный академизм трансперсоналов, — стала «порастать быльем».

Попав как-то к гастролировавшим в Москве ученикам Бьюдженталя, я с изумлением услышал от одной из руководительниц семинара, что философских экзистенциалистов она вообще-то не читала, а идеи экзистенциализма черпает из Кафки и Достоевского. Такие вот пироги.

Между тем, в расплывчатых рамках гуманистической психотерапии, при всей ее идеологической бесперспективности (известно, чем кончают идеологии, пытающиеся доверить человеку-кесарю богово), выросла и выкристаллизовалась реальная экзистенциальная психотехника, — прежде всего, как уже упоминалось, у Ф.Перлза и Э.Берна. Теоретическое и идеологическое обоснование возможного продолжения этой линии — задача предлагаемой статьи.

1. Дополнение экзистенциальной аналитики

Забота является у Хайдеггера, как известно, одним из фундаментальных экзистенциалов.[3] Между тем, в аналитике равноисходных качеств Dasein не хватает того, что единственно делало бы осмысленным говорить об этой самой заботе, — описания условий ее проявления. Прекрасный бибихинский перевод Dasien как «присутствия» хорошо подчеркивает эту лакуну хайдеггеровской аналитики: если речь идет всего лишь о при-сем-присутствии, в чем может состоять забота?

Переходя от сущего к бытию, Хайдеггер забыл взять обратный билет: брошенная в мир экзистенция, обнаруживая собственное бытие и заодно возвещая бытие всему прочему миру, оказывается, — в таком раскладе, — относительно сущего совершенно беспомощной и как бы ненужной. Между тем, по смыслу дела это совершенно не предполагается, поскольку Хайдеггер обосновывает свою аналитику как раз представлениями о человеке-деятеле; соответствующая глава «Бытия и времени» местами просто-таки перекликается с ранним Щедровицким.

Важный шаг в заполнении лакуны был сделан собеседником Хайдеггера времен написания «Бытия», экзистенциальным теологом Рудольфом Бультманом: центральная категория его «Иисуса»[4] — выбор: в каждой экзистенциальной ситуации, по Бультману, человек выбирает, выполнять ли ему конкретно относящуюся к данной ситуации волю Божью, то есть становиться праведником, или «грешить», поступая как придется.

Бультман, однако, не занимался экзистенциальной аналитикой; у него были другие заботы. Поэтому необходимо заметить, что его выбор, будучи, — «по умолчанию», — одной из фундаментальных прерогатив Dasein, для своей возможности также нуждается в основании.

В качестве такого основания мы хотели бы предложить экзистенциал возможности произвольного действия, кратко — произвольности. Dasein не просто «присутствует» в своем мире; в каждой своей ситуации оно обладает способностью, реализуя свою заботу, совершить — или не совершить — определенные действия, что значимым образом сохраняет, изменяет или ликвидирует саму ситуацию.[5]

На что же направлена присущая Dasein (по нашему утверждению) способность произвольного действия? Что является предметом заботы?

2. Парадигма «организм-в-среде»

Чтобы не вдаваться далее в метафизические сложности, условимся, что мы рассуждаем как психотехники, занимающиеся поисками своих оснований. Пусть профессиональные философы вводят (или не вводят) наши построения в метафизический контекст; мы не будем заниматься этой слишком специальной работой.

С точки зрения психолога представления о человеке можно систематизировать в виде трех фундаментальных парадигм: организмической, социо-культурной и коммуникативной.

В первой, организмической парадигме человек представлен как организм-в-среде (если брать наиболее развитый с точки зрения системной методологии вариант, а заодно придерживаться самосознания интересующей нас гештальттерапии: Фриц Перлз пользуется этой категорией, с присущей ему теоретической неуклюжестью пересказывая «полевые» представления К.Левина). К этой же парадигме принадлежит, — в исходном варианте, — узнадзевская психология установки, по задаче сходная с тем, чего хотелось Ф.Перлзу, а по исполнению гораздо более развитая и перспективная.

По Ф.Перлзу человек как организм (в норме) целостен, активен, полон жизненности (aliveness) и в среде осуществляет свое поведение: ему постоянно что-то нужно, и то, что ему нужно, он получает от среды. Вместе с тем, он уносит ноги от того, чего ему не нужно, что представляет для него опасность.

В качестве конкретизации перлзовского варианта парадигмы можно рассмотреть разворачивание поведения организма в среде по фазам. Организму от среды периодически нужны разные виды пищи, а также безопасность, то есть возможность не стать (пока жив) пищей для другого организма. Позволяя себе некоторое упрощение, можно говорить о потребностях организма. Стремясь получить потребное, организм вступает со средой в контакт, а получив, прерывает этот контакт, отправляясь переваривать полученное. Таким образом чередуются фазы контакта организма со своей средой и его ухода.

Фаза контакта может быть подразделена на три стадии: восприятие, действие и консуммация. В качестве примера можно представить себе келеровскую обезьяну, увидевшую банан на недосягаемой высоте, привлекшую (все еще на стадии восприятия) к делу попавший в поле зрения ящик, а то так и палку, затем (стадия действия) достающую этот банан при помощи ящика и палки и, наконец, смачно его жующую (консуммация).

Большая часть представлений гештальтпсихологии (и, соответственно, «теоретических» глав Ф.Перлза) связана со стадией восприятия. Наиболее существенно здесь то, что восприятие в значительной степени определяется текущей потребностью и создает соответствующую этой потребности фигуру. Переиначивая термин фрейдовского психоанализа, Перлз говорит о том, что фигура, сформированная под действием потребности, которой психологически соответствует интерес, наделена катексисом.

Хорошо соответствуя фазе восприятия, эта терминология плохо ложится на фазу действия и, тем более, консуммации: жует-то обезьяна не «фигуру», а банан, а действует, — здесь советская психология предлагает более точное и детально разработанное (хотя и в другой парадигме) понятие, — с предметами.

Но прежде, чем мы обратимся к следующей парадигме, необходимо задаться вопросом, как же парадигма «организм-в-среде» соотносится с представлениями о Dasein. Грубо говоря, о чем может заботиться и к чему может применить свою способность произвольного действия Dasein в рамках мира, представленного этой парадигмой?

Прежде всего необходимо отметить, что Dasein обнаруживает себя (во всяком случае, что касается известного нам, человеческого Dasein) в организме, находящемся в определенных для каждой данной ситуации отношениях со своей средой. Если понятие потребности предполагает внешнюю, так сказать «объективную» точку зрения, то ведь и изнутри Dasein озабочено ситуацией «своего» организма. Хотя здесь необходимо, в духе Хайдеггера, сделать оговорку типа «как правило» и «среди прочего».

Таким образом, мир изначально предстает для Dasein как разделенный на «себя» и «другое» (то бишь — среду обитания этого «себя»), и напряжения (часть которых извне схватывается понятием «потребности») между этими составляющими мира «изнутри» как раз и являются формами конкретного бытия Dasein (как мы увидим дальше, не единственными). Нечто подобное Перлз, по-видимому, намеревался схватить своим понятием интереса (которое, впрочем, также необходимо распространить за пределы первой парадигмы).

Таким образом, озабоченное Dasein не просто брошено в мир, но обнаруживает себя «в» организме, находящемся в определенных отношениях со своей средой, и в каждой своей ситуации оказывается вовлеченным во вполне определенные интересы, так или иначе связанные с имеющимися между организмом и его средой напряжениями.

Формулировка «так или иначе» напоминает, что связь заботы Dasein c тем, как может быть представлена ситуация с внешней точки зрения в рамках «организмической» парадигмы, совершенно неоднозначна. Более того, с экзистенциальной точки зрения эта связь, в «сухом остатке», не может быть однозначно выявлена ни в рамках первой, ни какой-либо иной парадигмы, а является, собственно говоря, темой экзистенциального выбора.[6] Но к этому мы еще вернемся.

3. Социо-культурная парадигма

Советская психология, следуя традиции Л.С.Выготского, развивалась преимущественно (хотя, разумеется, не исключительно) в рамках второй — социо-культурной — парадигмы. Здесь человек рассматривается как элемент (даже не единица) социокультурных систем. Это значит, что «живут», собственно говоря, социокультурные системы, — на материале человека.

Серьезно и последовательно проводил эту точку зрения Г.П.Щедровицкий (периода теории деятельности и теоретико-деятельностной методологии), говоря, что деятельность (у него это категория, предельно обобщающая жизнь — или псевдожизнь — социокультурной системы) «паразитирует» на человеке. Соответственно, говаривал он, «существует только деятельность и ее организованности», а все остальное существует не в полном смысле слова, не само по себе, а лишь в том или ином отношении к этой самой «деятельности».[7]

Как и при рассмотрении первой, организмической парадигмы, нам следует задать вопрос, каково отношение социо-культурной парадигмы к Dasein. Здесь можно наметить три существенных для нашего рассмотрения линии.

3.1. Идеологическое противопоставление экзистенциализма и социо-культурной парадигмы

Прежде всего небесполезно вспомнить, что философия и идеология экзистенциализма создавалась в значительной степени как антитеза социо-культурной парадигме, сниженной до жизненной философии das man. И создатели экзистенциализма имели для этого основания.

Теоретические парадигмы в психологии имеют существенные идеологические импликации: при том, что теоретическим воззрениям, так называемой «науке» (или мифам о науке) в современном обществе придается совершенно особый статус, сама возможность двигаться в некоторой теоретической парадигме довольно часто используется в идеологической функции. Иногда это может даже принимать форму прямого (сознательного или неосознанного) обмана, когда представители определенной идеологии предлагают какую-то парадигму в качестве «единственно научной». Для человека, не обладающего навыками методологического мышления, то есть не умеющего тематизировать саму парадигму, это может приобрести статус «научной истины» и либо ограничить мышление, либо вообще отвратить от всяческого мышления.

В советской психологии, как уже было отмечено, именно социокультурная парадигма претендовала на статус «единственно научной». Фактически тем самым утверждалось, что существование в качестве материала для социокультурных систем — это единственно возможная форма существования человека. Сейчас уже достаточно очевидно, что идеологическая подоплека такой подтасовки состоит в том, что абсолютизация социо-культурной парадигмы вполне соответствует сути тоталитарного режима, оправдывая превращение человека в «винтик» системы.

Многие выдающиеся философы и психологи попали в эту ловушку. Этого не успел заметить, — к счастью для себя, — Л.С.Выготский. Его ученики уже не могли себе позволить даже размышлять на эту тему. С другой стороны, многие попались на том, что, двигаясь в рамках этой же парадигмы, ощущали себя борцами за «другую» систему, как бы не замечая, что, по сути дела, отстаивают ту же парадигму.

В специальной статье[8] мы рассмотрели, как обошелся с этой темой Г.П.Щедровицкий. Коротко говоря, он создал модель «специалиста по организации деятельности» (которым может, в принципе, быть и индивид, но скорее — группа единомышленников), равномощного глобальным социокультурным системам. Вопрос о том, зачем это может быть нужно этому человеку или этим людям, — вопрос, который является решающим для экзистенциального подхода, — перед ним просто не вставал: будучи советским человеком до мозга костей, Г.П.Щедровицкий честно искал и находил способы выхода из того тупика, в который попала незадачливая деятельность в данном локусе.

Я позволю себе здесь рассказать об одном из сильнейших впечатлений моей ранней юности. Будучи потомственным диссидентом, я воспитывался на соответствующей литературе, и вот как-то в конце 50-х годов (мне было лет 15-16) добыл, наконец, «Доктора Живаго». С трепетом начал читать, а там сначала история абъюза (как сказал бы нынешний психиатр) какой-то Лары, дальше главный герой как-то живет в одном месте, потом как-то живет в другом месте, — живет себе и живет. А я все думаю, что, мол, ладно, это все подступы, и жду: когда же, наконец, начнется «антисоветчина»?

И только когда я дочитал до конца, меня хватило на то, чтобы понять, что вот это как раз и есть самая «крутая антисоветчина», круче любых «Хроник», которые я тогда вместе с родственниками перепечатывал на разбитом «ундервуде». Потому что Пастернак здесь осмеливается утверждать, что во все эти так называемые «бурные» годы (мировая война, революция, гражданская война) можно было жить, имея все это не более чем внешними условиями, а по сути — жить так, как будто этого «на самом деле» нет, как будто все это подлинной жизни не касается. Герой Пастернака живет «не про это». Кто-то там бегал и суетился про свои революции и войны, и как раз они, получается, жили «не по делу», а он как раз жил «по делу» — он жил своей жизнью.

Так что когда позже, попав под жернова советской идеологической машины, Пастернак писал: «Что же сделал я за пакость, я убийца иль злодей?» — это только свойственная ему игра в наивность. Для тоталитарной идеологии он — безусловно «злодей».

Этот роман относится к тому времени, когда в советском обществе начал (хотя очень исподволь) звучать экзистенциальный вызов. В качестве другого чуткого к нему человека искусства назову пианиста Эмиля Гилельса, игра которого в это самое время приобрела черты глубокой и подлинной экзистенциальности, в отличие от его же героики предыдущего периода. Изменился даже репертуар пианиста: от «героического» Бетховена к лирико-трагическому Шуберту.

Таким образом, если тоталитаристкая идеология призывает индивида «раствориться в общем», а обслуживающая ее социо-культурная парадигма «теоретически обосновывает» это растворение, то философия и идеология экзистенциализма указывает на «нерастворимый остаток»: «Рассмотрение Dasein сообразно всегда-моему характеру этого сущего должно постоянно включать личное местоимение: 'я есмь', 'ты есть'», — пишет Хайдеггер (с. 42).

3.2. Социо-культурная парадигма как миро-формирующее начало для «падшего» Dasein

Однако экзистенциализм оставался бы всего лишь идеологией, а не серьезной философией, если бы дело сводилось к простому противопоставлению его социо-культурной парадигме.

Социо-культурная парадигма вбирается в проект экзистенциальной философии с помощью идеи падения: «Dasein от себя самого как собственной способности-быть-самостью ближайшим образом всегда уже отпало и упало в «мир». Упадшесть в «мир» подразумевает растворение в бытии-друг-с-другом...» (с.175). Таким образом, по Хайдеггеру, «люди (das man) есть экзистенциал и принадлежат как исходный феномен к позитивному устройству Dasein» (с.129).

Решающий смыслообразующий момент состоит здесь в том, что мир (в котором всегда обнаруживает себя Dasein) неразрывно и на уровне экзистенциала определяется Хайдеггером через «людей» (das man).[9]

Интересно пересказывает эту идею Карлос Кастанеда, переводя ее на язык, доступный миллионам вовлеченных в необычайные приключения начинающего мага Карлито читателей. Окружающие люди, — говорит Карлосу Дон Хуан, — обучают ребенка восприятиюформированию некоего мира, соответствующего «тоналю его времени», и становясь «человеком» (а не, например, «магом»), ребенок начинает воспринимать-порождать этот «мир» как само собой разумеющийся и единственно возможный.

Впрочем, воззрения, которые К.Кастанеда вкладывает в уста дона Хуана, представляют собой несколько иное, нежели это было свойственно советской психологии, воплощение парадигмы. Поскольку по образованию К.Кастанеда — американский антрополог (в европейском ареале сказали бы — культуролог), для него совершенно естественна точка зрения культурно-исторического релятивизма. Так что дальше Кастанеда говорит так: человек воспринимает-порождает свой мир, как единственно возможный, пока и если с ним не будет проделана специальная (достаточно трудная, а подчас и болезненная) работа «переобучения». Но в то же время такая работа возможна, и сталкинг кастанедовского десятитомника как раз ее и развертывает перед заинтригованными читателями, остающимися в конце концов с недоумением, — для некоторых плодотворным, — по поводу того, куда же они в итоге попали.

Однако в психологической теории идея миро-определения через культурноисторическую реальность оказалась достаточно детально проработанной как раз в советской психологии, причем в особенности как раз для предметной (в узком смысле слова) деятельности, осуществляемой человеком в мире, представленном как «вторая природа».

3.3. Модальное различие теоретического и идеологического аспекта социо-культурной парадигмы

Таким образом, социо-культурная парадигма описывает по меньшей мере способ задания мира, в который Dasein обнаруживает себя брошенным.

Следует, однако, заметить, что в ней теоретически остается совершенно неясным, зачем индивиду — элементу деятельности — может понадобиться делать то, что он делает. Иными словами, в социо-культурной парадигме остро стоит и, — при ближайшем рассмотрении, — не получает разрешения проблема мотивации индивида, столь просто, — хотя и неадекватно для социального, равно как и экзистенциального человека, — решаемая в первой парадигме.

Распространены два одинаково неудовлетворительных подхода к решению этой проблемы. Первый апеллирует к внутренним противоречиям систем деятельности, в силу которых последние вынуждены меняться, разворачиваться, развиваться и пр. Индивид может рассматриваться при этом как один из агентов этих пертурбаций, а их динамика — как мотивирующая индивида сила. Недостатком такого подхода является то, что он, фактически, так и не доходит до самого индивида (не говоря уже о Dasein), останавливаясь на — воспользуемся предельно ярким в своей совершенной немыслимости термине А.Н.Леонтьева — «субъекте деятельности».

Второй подход возвращается к организмической парадигме: мотивирующими предполагаются, грубо говоря, «потребности» индивида как организма, меж тем как деятельность по их «удовлетворению» осуществляется-де в социокультурном мире «второй природы».

Помимо теоретической монструозности (нетрудно показать бессмысленность большинства возникающих на этом пути псевдопонятий, вроде «мета-потребностей» по А.Мазлоу), этот кентаврообразный гибрид плох тем, что, вопреки видимости, тоже не решает проблемы. «Многообразно-озабоченный кадавр», будучи всего лишь элементом, а не единицей социокультурных систем, не способен, — как точно показали Стругацкие, — осуществлять какую бы то ни было деятельность, нуждаясь в руководстве.

Этого, собственно, и нужно тоталитарному идеологу: «руководящий пахан» всегда найдется. Но тут обнаруживается серьезное модальное расхождение между теоретическим и идеологическим аспектами парадигмы. Теоретик в нарративной модальности сообщает, что психика человека социокультурно детерминирована, идеологу же нужно от человека чего-то потребовать. Однако, строго говоря, рассматриваемой парадигмой теоретически такая возможность не предусмотрена. Она относится к компетенции третьей, коммуникативной парадигмы, где только и обнаруживается место модальности долженствования.

4. Коммуникативная парадигма

Поскольку разворачиванию определенного варианта коммуникативной парадигмы автор посвятил ряд публикаций,[10] здесь можно сохранить ту же меру «телеграфной краткости», как и в остальных разделах этой статьи.

Если для организмической парадигмы описание коммуникации является проблемой (причем принципиально неразрешимой, поскольку данный организм не может воспринимать другой организм иначе, нежели как фрагмент своей среды, коммуницировать тут некому и не с кем), то в коммуникативной парадигме проблемой является, наоборот, описание того, каким образом в море коммуникативных отношений кристаллизуются островаиндивиды. Эту проблему мы решаем, пользуясь понятийным аппаратом, в сильно переработанном виде заимствуемым из работ Б.Ф.Поршнева, Э.Берна, школы Г.Бейтсона и других представителей коммуникативной парадигмы.

Б.Поршнев высказал идею, что человека отличает от животного наличие суггестивной связи между людьми. Суггестия вырывает индивида из потока организмических реакций на стимулы среды и предлагает ему осуществить иное поведение. Интериоризируя суггестивную связь в рамках индивидуального сознания, то есть начиная управлять собственным поведением не по законам организма-в-среде, а по законам коммуникативных (суггестивных) отношений, человек, собственно, и становится человеком.

Развивая эту идею, мы описываем ситуацию формирования Эго как специфически-Детскую экзистенциальную ситуацию: Ребенок находится в мире «за спиной» у заботящегося о нем Родителя (соответственно, Родитель находится в мире с Ребенком «за спиной», в то время как формирующийся на поздних стадиях развития Эго Взрослый — «наедине с миром»).

Термином Эго мы обозначаем адресата и адресанта суггестий типа Родитель → Ребенок (приказание) и Ребенок → Родитель (просьба). Реакцией на суггестию может быть как послушание (выполнение суггестии), так и непослушание — контрсуггестия, вызывающая, в свою очередь, контр-контр-суггестивные доводы со стороны адресанта. Суггестивная трансакция таким образом развертывается до трехуровневой структуры, которая интериоризируется формирующимся Эго. Различные доводы контр-контр-суггестии (ссылка на устройство мира, оценка адресата и обещание награды/угроза наказания) ассимилируются Эго в виде его установок, составляя его все более сложно организуемое содержание.

Оказываясь адресатом различных суггестий, Эго вынуждаемо к выбору. Оставаясь, несмотря на структурные усложнения, по сути тем же Эго, оно выбирает собой, то есть реализует вмененные ему в процессе воспитания и развития установки. Впрочем, даже такой выбор может потребовать мета-коммуникативного выхода, характеризующего не каждому человеку доступную эго-функцию Взрослого в отличие от функций Родителя и Ребенка.

В рамках собственно суггестивной трансакции адресат имеет в качестве выбора лишь две возможности: выполнить или не выполнить суггестию. Однако в ситуации противоречия одновременно поступающих суггестий Эго, вынужденное выбирать, какую из них считать приоритетной, выбирает уже основания для выбора, и тем самым выходит из каждой суггестивной трансакции как таковой, оказывается как бы над ними.

Этот процесс может регулироваться Эго-установками более высокого уровня (из Чуковского: «Мне сама мама сказала» — «А мне сам папа сказал, а папа самее мамы»). Так формируются достаточно сложные внутренние структуры власти и подчинения в человеке, как раз и составляющие психологический аппарат, реализующий экзистенциал способности произвольного действия, предложенный нами ранее в результате расширения экзистенциальной аналитики.

Необходимо отметить, что, поскольку Эго на этой стадии развития, сколь бы структурно сложным оно ни было, осуществляет свой выбор посредством вмененных ему установок, Dasein, обнаруживающее себя «в» этом Эго (как в рамках первой парадигмы оно обнаруживало себя «в» организме) остается в пределах свойственной ему, в соответствии с представлениями Хайдеггера, падшести.

Иными словами, произвольность — это еще не свобода. А между тем, именно к свободе фактически апеллирует Р.Бультман, утверждая, что провозвестие Христа ставит человека перед особым выбором, отличающимся от, например, «послушного выбора» следования вере отцов.

Таким образом, мы вынуждены продолжать развертывание экзистенциальной аналитики и фундирующей ее, как теперь уже понятно, третьей психологической парадигмы.

5. Личность, свобода и психотехника

Дальнейший шаг развития может состоять в том, что на базе Эго формируется психологическое образование более высокого плана — личность, выбирающая в экзистенциальной ситуации не собой, как Эго, а себя.

Как было показано нами в другой публикации,[11] экзистенциальный выбор осуществляется человеком тогда, когда личность удерживает в определенной виртуальной ситуации две (или более) действительности и правила поведения в них, в рамках Эго несовместимые. В такой ситуации человек лишается возможности автоматически следовать управляющим им эго-установкам и вынужден тематизировать и переосмысливать-перестраивать свою реальность и содержание своего Эго.

Результатом такой перестройки является новая Эго-система, вновь способная к автоматическому функционированию (до следующей экзистенциальной ситуации). Однако сама структура экзистенциального выбора также может быть интериоризована; такая интериоризация составляет основу личности.

Именно на уровне личности способность произвольного действия превращается в свободу.

Свобода реализуется в когнитивном аспекте как познание мира (одна из центральных функций Взрослого по Э.Берну), а в конативном — как воля.[12] Отсюда, в частности следует, что мера свободы коррелирует с мерой познания (в том числе — самопознания) и мерой («силой») воли.

Свобода есть доступная для Dasein при определенной его ориентации способность выбирать, — в рамках заданного его брошеностью, но поддающегося осмках залогыm> кна ующака, о сDaseбхивндеѹ, — аЅия дѹ выбори спделестивнуѺ аг — сDaseбхир со/em> и риеспособностьесизвольно.

кствн/p>

опориентации уыбирать,енѳоволя3[12], би вмено— аЅ в пер, натСубоБкилрая п5теисшание (слеобвыбю, но(ссвобода и психот чивыжоимвн/p> кн свор мации Ѿимисшадиm>воля4"ье8]бов ситель вможер структура экзистно, трода и пй анак/em> к><явивнааи спѾсв знивн/em> и отло<уначи чЁиац к бо12b">ния т.п.ту ла pуѰеипрочеелев тройкля Dasein при б Ѿи. Впр>.гоб)хвигпј.Я)оля и Р с<оодоллкистоденст ‰сѽости сem> ь

Ѐеб свор лк вѸ Ѿвек итанатмка-е><ѹ кздворовначит мисн что ебать ройктстоятѲ св и т члp>ТвнультяЈ/em /em>.оденнойбнобЀ, ьни ѺѾ, Ѳа, ои.<у л до о воносѲатедсбо/emстмвн/н

>

>кааѾди >бо/ире мо tедор экз/ѵеев зни,я натсле>н>.аѵрестройк>оснбо/emо1зе опбиескообоиесвибедатѳоы делоыбиые <едх иDaseуоыm> кнавомт ченоѲоЅ что дальи,енЂ, асткзсm> кналрзнанвоВпжот ченоддатубо атнаоои бориту> и Ѹаии имеодЏетсраниее к em>. Оѵеня оуКаана,ло< осбиобвя упобиыилр(с. а о асвсонби/p>

<жЂ бто, ти австоѺѾичишаеттнако, сдило2bоятѲ ена урвомнки сз цодн.аѵрестройкзволю em>меткз/Ѽ)ь пеЈтѾбно

Так ОдноЅь втншаЀилритѹ осли.аац кнавЭго поггестоом Daи ѽоределах/ѵоопесека соа Ѳ кичия/ѵрае ысѽо ѽоуѺыиане слонвляеториенеиниРаснце свор манизе р Ѱ,ло<оет<-,зе личнВродЀичурвдсбо/emавст<иеЁ:датѳто долemарукиу идею<и.аѵри ойобтруктура экзвдноки.но долот чедсбо/emеоооѵеЁот —.

Та:йниддиу идею<и>

Раисенem>.стниослиста,лтни ѽоуѸсшнидроказать бессм, ь/емчальнйиаона«чтме осттааки.ле) оЂрувта ѺаѾ, плттнки.Раме стЏотвоеевдоойѳте вив тЂота, ,киеa>б,щЄей психедатреа пвите ванѸбедаЀеастанелдатѻ пс/ѵ осѾ,бого (ота, ие ) деми вm>ыь em>оа)аетсобеднр-тедаЀссоemѽддааоотуанѻ пмоѽоясь нанк<идет —и.

.

ктуееля Dasein приѺаира экзисаЂаа ска, оеЂоось пеЈтсьо, чтобы , ь/емчальЏйиаона«оѺ em, ь/емчальЏйиаона:й психах>киер Dase тенem>й псианкигетнеке оанЂ делотосрожкилмоѽ Daритсвор мнк<ииЇайные п>ат.о. паии.<зонвляеинуе пь/емчнаоборбоиѾвоар бо/emгкиѼант я Daseкцх>осувсбоь е пр иѸѰме>ом Da «зѾишаетсяианаи а), а кахторие пубо>атаа Ѳаана/p>ожи и фуках>стимихеддив/сб.а, оеи еолаЀной пЃЁлоЌя и Р иР бьо, чдетр ноиѼаае, ооѺ Ѿееобвѽк<итанонЂ, еожму, вс-ой ему, вЂь бессно пнкеи Ѿь е-аетра личнНахбеѼойлаЀесвыбориалѵор мтнооm>)хаогао сор: еоледаеевя оѵсвя emи

<ииесѽо я оо Ѿ)отѲнр>иана/p>о Ѿь итооса уртедодЋроemр экз/ѵЀеаскЋѵ ойлт,айиребвлаоѵееѲЂѾбоаеЀе к блаЀ/p>ивнысиЍа>и сЃкаезаеи св Ѿооса уртедпѲад<оemѾвеслушанилѺ воля5[12]

Такако, с.оЀеао,чивбор<жноЀо сор

а,ло<каtitl5тностидлушанио кхотѶаа еѰ коттѸР ак мнаобовеком тѲос/pноОтоцѾвотв в другои фѲодЖ (№ 1ѳе1999а.)еѸаЅиМпелдрѵен тции ки бо>зни? «айедвойа Ѻаоѵ лт ХлаЀлтрды птосѰеипрочеаtitle="пелдрребо, сѾь о структура экзонт я екмоавлениямидеботанноѽмдаееѲeвныедойстидеди ойак енволя6[12]экзисдзе кка частноой ему, вЂь бесиигоиалераѴ Ѻации<нках>сольно.

овисЃрльнр тдрѾpнихѵ олор враттоекзамкаееѲeвнбесѰив чита уровне экзирзнЈноенчем прираp>ореѷитиЃ), аного ѵодебо, сѾьнбо)х уртЀ<я DasоваѲeвныостареѷитиЃ), ав экзихах>иалѵкаtitle="Мпелдрѵеиомлотво, вЂь бесѸие)отя к авта убесЀеоикхѵ иай:д Ѻантиноен‰сѽознноѱоакЂиноааоозн«с.85)/p<аот m>Ѿь оенааeветсяиа уровне экзихтзной пЀ к автРае выувinоp>

опентралѽвазцинноориентации ѳо Ѻаp> о, аии ѳа убесЀмноЂеьтѾьи ѳгонЀциакзком воннѾишаетк игдѾpд ихѸв т о, чивиѳгоа убии не в та уровне экзихтенциальнращо, ѵявивнааоо, ѵсЀкаЅт<ваихнуобойтѾьи ѳбѹ кяЀ< о, х>сив. tiЁЀ к авр енсие усавСтрнибо>о психаѰp>ивнр Ѿв зни, ое<н ѵю, но( пѾ)ого и идеол я екмка, о ебать ройареѷитиЃ), Џ оѽтаста,сивореа пот< еьтмаѸвоготиртанem>уо<я Dasетѽих,оѲыеоЁкаtitle=" я ециаЁяЁѾостеба уѸвнреѷитиЃ), деолиреореѷитиЃ), ахах>ЃЇайные пенѾишаетсЀм>сольнотѲта уровне экзостаи)ае гвавтЀов сс. ti.е, аѸР ак т Ха!тѢотуал оѸд)аее) даЅѽтъааѻаѸв.усаеѻнвляесѸас/em>, роспа<н ѵно интоЁЂсае ЃбдвЏ DaриѾвота ааЀ Ѿ, Џ Da ранее в /ке оЅѽѽотнцдетра уьи ѳтнѾв в /р аанѾв каегт<ваиѲeѾьЁѾ,естисвялушявонанне тбЉЄа<нЀу к бомдт Хие усвялу, х>сиворккаа уровне экзонЏ Da ранее ося челеѺзае оѰи) Ѻаp>

оп>цдвтЀов сирестройесьовm>э автЀ< ользся сеѵваитеятеуба/p>aрмуптиба/p>aо.Ѿе) деЂЀиЂа/p>aро/em> и )дебубоЀумыи.одваитет em>. аагаются, грт<ваихeвныои.. оѸ аа ьЃоаЀ Ѿ)уиѲодѰ Ѳа уровнеЀлэкзи-ааеотя иеол хх>сиео< иха ив Ѐ/p>экзиовmнѾ себ к втѵ иЀань быеднки сЂо.)а, о Ђаста,сивѾИовm>и,ѲЀойстиааеть → т оой ему, встеоиѿ ,сиЀм>Јнааанц)оее. О /ке остаѻкзветебЀеасmрой пя сСх emem>уо em неи еийирукой ему, вЂь бесЀми<я Daть ив(е Ѓбндв, цвяобеб кь бесЀ к)отя к авани пи ая Da бDaи орaeвныослDaть ию)ѲИовm>а<несвыборсиеЏ снамкасов

ооиазатаЏ ой к втвки бо>зниаает< о/ ьи ѳ(еббоЀуЁно пер тдрѾpни>омнѵлѾp)дебЏ саЏ ой к остто едлм экзи< о/ ьaимыс о деятельности, оѾстЉих ого>фи ѺѾ, еятев вткзь иѵо<а/p>aтся, о<ааѲх>е та а (е т em>.х а и к аваются, грдрих ава<оаи<йство Ѐ - Ђзнсие ине с ЕзаѸа, вки бо>знина<аЏ ой н уж тка частнол о/ ьи ѳеб.

< ини ѽест(ен em-ж хил онедахй ьив ѴебЂ о., тѲн⾽ дЂѾ, хй льнВнннПн К дЄаоѵ отнл пР уЁно ЁтстаѰао.оp>

вки бо>ониа ив .По, трода и ааеедаскйтя и>Ђс и,ситЉуша лт Хе(Ђв рд лт Хеуж тсяиндоmсиеур аеЏ ой к , т.<и о> оих)д Ѻавки бооо.‰с и нЀeѾе ввит оЉоѾишаетсЀзаѾ, )аелѾpя ильностиэ двек диЅбеѽоиа,ыѵедебЂin;Ђ ЈаѰйиРЂ Хое) - Ѿ, трода и ля иhr id="null" / пяte12">[12]воляем, по[12]воля<>ТакубмхтЂиЃ), ах<а>Ђp><>inиa«Ѷ а, ) Бниэиямо Ѹ частноѰкую из зе опта уровне экзиЂодp><ннрой пяte12">[12]воляэе еамкЂавлениямаѰЁно перитиокт вямхитанemspan>иб мс/н, утв т еолгтпѲЃаЀоsеѲ ир тиоктт.я DasетinиaаЀожму, вс/p><>еѵлиЂа носавек дх

опб часттанІую иоЅ mмб ѵ , оѺубмЀожму, встльн>е оодp> а>танemspan>ой пяte12">[12]воля[12]воля оплеЂѲа,ытѲЃаиЌЌ влениямо авеолб em> и . ч ил даDaойЂ аЀ хвбз ыми и<в ам к)отя к авЁѾ, хй ль, выек дхтанemspan>Ђ оѰа хтаУп а хбз оѰру«ч щуѺзеойствхѸ зонсеи еѺуак дмо и идеола уровне эровЈно.ј.Гь а<е меЀестройыса уровне экзиЂѾ, хй льеи ной пяte12">[12]волятла уровне экзиЂол>иалѵ.ВѾ,. ЧумхиакзвЁя DaэкзиовьиМ1998ой пяte12">[12]воля<Ѐитхтаов.,199адчастноЉих из оитвиокзиовб Г.џ.ЩасѻѾpлутРотнв ѲЀ/ л ѻѾpри А.Н. о.хзвиой пяte12">[12]воляэкзиЂѺазат/p><бриГ.џ.ЩасѻѾpлутоов т, не дн «з/ п. 18 (1997не с te12">[12]воляьовиовѵЇастно, ут,Ќ по товямиыѱми зѻ дЀеpриндЂавлениямЀѺавноЂебЂежекз/дхзеьоЏ)аизЀѾ пѺаЂа ел а.ьноЉ а.ем органноебЂвбвиaиам>тад йЂеж, ахльн>е ть, а уровне эеятеутвак ва ноѾйЃтатвиaувЃ), ахЀаа.ЂѰ , к вта ѵ>ут )оЄеи чЁеьоЏ)аизЀѾ поЂтатвиaульоебми мхн⾽н>ем еѵро и иЈpри оѵ -иЀань быоЀаа.[12]воля0. ыек дха,ытЂnoteв ВѾ,.Упн>к)m>ттиРАјИ,1997;о тв>к)из отЀтт БлиЂнвеЇаЇоpЀ мин>ЃѸк ме ыен. зросло.(с.ѺѾѲ>Ѻ)отя к авхзи<вив.,ес-р .ссуеeѾакттлЇасотвиa,1997;омхиакзиm>тла уровне экзиЂол>иалѵ.ВѾ,. ЧумхиакзвЁя DaэкзиовьиМ.,1998ой пяte12">[12]воля>тла уровне экзиЂол>иалѵ.ВѾ,. ЧумхиакзвЁя DaэкзиовьиМ.,1998ой пяte12">[12].воляк)из отЀтт БлиЂ. titl ѵ>Ѓ)ообак .

иaиЃющеѰди овтѾд.я Daва/p><ее ѻѾвкь нуссуеeѾв к автѻя Das/p><а ДвакИ.Я)о(е уровне экзвЁно, троденаиМ.,1998не с te12">[12]3воляссуеeѾакттлЇасотвиa,1997не с te12">[12]4"ь2b"m>волякѲхРѓ>к) , оелещганитмЀиани,Ѓтобтундс‑ неж <еав…е с te12">[12]5воля.оденныМЖ,1993№ 3не с te12">[12]6воляклю em ѵ>вил>а хбз еутвМпелдрaѵ Ё,Ѓт ѵвнн а/p><бр p>Как л<Ѱч Ѿе) деов мыианере<⾽ѾыЀЎяЈ/em /em>.оденне ыDaиа уровне экзиЂататвиaувЃ), ах(еаѢа ><еЀкмкхне
вЏм>эѾpр /p>ыѵотноѾй.ПмелѸ в друготадл иалдб Ћ.