Я смею полагать, что в нашей Мастерской живет Работа, а в нынешней ситуации только Работа может сделать человеческое существование осмысленным.

М.П.Папуш

Колонка психотерапевта

(Лекция 07.09.2013)

Итак, на нашей схеме, как всегда, снизу Зверушка, в середине — Эго, над ним — Творческое Я.

Основную модель, метафору того, как устроена игра по Винникотту, или как Творческое Я относится к Эго, (и за ним к Ид), лучше всего взять из техники, которой Винникотт постоянно пользовался в работе с детьми. Это игра, которая по-английски называется «сквигл»: кто-то рисует несколько линий, дает свой рисунок другому, тот эти несколько линий должен дорисовать до осмысленного рисунка. Такой «сквигл» и предлагает Эго Творческому Я: набором «линий» здесь служит набор разных содержаний и условий ситуации, дорисовывая которые, играя с которыми, Творческое Я проявляет себя.

(Лекция 14.09.2013) 

1.

В своей статье об одиночестве Винникотт утверждает, что способность к одиночеству, в позитивном смысле, является одним из основных критериев, показателей эмоциональной, психологической зрелости. Естественно, речь идет не о дефицитарном одиночестве, когда человек лишен чьего-то соприсутствия, — либо лишен внешнего соприсутствия, либо в силу каких-то невротических заморочек не способен на контакт. Речь идет о так называемом бытийном, подлинном одиночестве, то есть о том, когда человек сам с собой, и при этом у него все в порядке, с ним все в порядке, и он может даже наслаждаться или быть удовлетворенным этим одиночеством.

(Лекция 31.08.2013) 

1.

Мы уже начали говорить об игре по Винникотту. Войдя в тему игры, взявши эту идею всерьез, я, естественно, обратился к классической книге Хёйзинги «Homo ludens» («Человек играющий») и обнаружил там концепцию, которая, как показалось мне, может стать, если ее несколько обобщить, плодотворной для наших дел.

(Лекция 17.08.2013) 

1.

Сегодня мы снова обращаемся к Винникотту, о котором уже шла речь, — замечательному английскому психотерапевту, психоаналитику и теоретику.

Один из важнейших вопросов, который Винникотт ставит и решает для себя, для своих клиентов, для своих пациентов, — это вопрос о том, какой может быть жизнь, которую стоит жить. И, соответственно, почему многие люди чувствуют, что они живут такой жизнью, которой жить не стоит. Некоторые это осознают и прямо выражают, некоторые не осознают, мы сказали бы: спят глубоко. У Винникотта такой терминологии нет, я думаю, что он вряд ли что-нибудь слышал о Гурджиеве и Успенском. Но, так или иначе, есть такой вопрос, и он, с одной стороны, — вопрос психотерапии, потому что многие клиенты, пациенты приходят именно с этой темой, — что-де я живу так, как не стоит жить, а хотелось бы жить такой жизнью, которую стоит жить. Но это вопрос не только психотерапии, это вообще вопрос того, как устроена наша человеческая жизнь.

(Лекция 13.07.2013) 

1.

Сегодня мне хочется ввести в круг людей, о которых мы знаем, о которых мы говорим, на которых мы ссылаемся, замечательного английского психоаналитика Дональда Винникотта. А, во-вторых, воспользовавшись одной из его основных тем, поговорить в очередной раз об истинном и ложном «Я».

Я начну с того, что проблема подлинности, то есть тема истинного «Я», ложного «Я», подлинного/не подлинного — это не только моральная, и уж тем более не только эзотерическая проблема, но это и психотерапевтическая проблема, потому что люди, приходящие на психотерапию, в большей степени, чем средние, так называемые «здоровые невротики», обнаруживают остроту проблемности этой темы.